Релиз альбома "Ураган" на CD

В самом начале 1997 года альбом «Ураган» пошёл в народ. С обложки отпечатанного в Германии компакт-диска ползли девушка и мальчик. «В Питере есть уникальный ребёнок, – рассказывал Козлов о маленькой фотомодели. Его зовут Эдик, ему всего 7 лет. Он знает все наши песни наизусть, может цитировать их с любой строчки. Мы предложили ему сняться в нашем клипе «Два корабля» и поместили его фото на обложку».
Первыми с новой работой познакомились журналисты, которые быстро убедились, что она обманула их самые смелые ожидания. В 1995 году некто С. Чёрный писал в «Собеседнике»: «Восемь лет фанаты разводили руками: ну как же так, «Коварство и любовь» так не похожи на «Декаданс», а «Декаданс» – на «Позорную звезду»… Всё, успокойтесь! Теперь всё будет похоже на «Опиум». Могу спорить – Самойловы остановятся на «Опиуме»». На что бы ни спорил С. Чёрный, он явно проиграл: «Ураган» походил на «Опиум» разве что фамилиями музыкантов.
Журналисты были в растерянности, они не знали, как относиться к новой работе лучшей группы прошлого года. Ни в «Fuzz’е», ни в «Живом звуке» так и не появились рецензии на «Ураган». «Нормальные журналисты, столкнувшись с нашим ненормальным альбомом, растеряны и не знают, что о нём написать, – сокрушался Глеб. – Я слежу за прессой очень внимательно. Он прошёл незамеченным. Рецензии на незначительные альбомы встречаются в каждом номере, а «Ураган» принят бесшумно, не знаю почему. Журналисты ведь такие: пока презентации не произошло, пока фуршет не состоялся – незачем и писать об альбоме».

«После выхода «Урагана» к нам подошёл Кинчев познакомиться, поздороваться и поговорить за жизнь, – рассказывал Глеб. – Нам было очень приятно, потому что за Костю мы всегда переживали и внутри себя были в его армии. Вообще, с последним диском мы получили признание людей, которых уважаем, и для нас это важно». О том же самом говорил и Котов: «Интересная штука произошла: я вдруг почувствовал резкую перемену в отношении к нам со стороны коллег по цеху, особенно рокеров. Как-то все вдруг стали подходить и говорить: «Да, ребята, ну вы молодцы, сильный альбом сделали»».
Теперь требовалось, чтобы новые песни приняла публика. «Сейчас, наверное, произойдёт очень большой отсев людей, – опасался Глеб. – Наверное, как раз те люди, которые нас понимали, как мы себя понимали, они останутся. Но я думаю, что большое количество других отсеется. Останутся такие вот книжные мальчики-девочки, и слава Богу, пускай бы они остались».